Право на город: одиночество и слабые связи

Современная теория культуры представляет собой поле междисциплинарных исследований, затрагивающих множество тем. Провести границу между городской культурной антропологией и качественными социологическими исследованиями проблематично. Работа в области социально-культурологических изысканий – это не столько способ выявить определенные закономерности, лежащие в основе поведения людей в городе, сколько работа со смыслом или то, как город влияет на человека и его отношение к Другому. 

Начальная волна критики по отношению к городской жизни зародилась параллельно с первым шагом человечества ко всеобщей урбанизации. Города возникли как революционная необходимость в новой среде, гарантирующей удовлетворение множественных потребностей (в торговле, безопасности, производстве, отдыхе и т.д.). Такой запрос по отношению к городу сказался на самой специфике места: город – пространство для всех. Таким образом, это – максимально нейтральное, стирающее различные границы пространство, вмещающее в себя совершенно разных людей, совсем не обязательно связанных между собой кровнородственными или общинными связями. Попадая в городскую среду, человек проходит через процесс первичного отчуждения. Имеющиеся связи разрушаются или ослабевают, но лишь для того, чтобы создать почву для возможности выбора, какие коммуникации налаживать. Иногда достаточно просто переехать в другой район, чтобы ощутить, как тяжесть общественного давления со стороны локальной общины или семьи исчезает.

Попадая в городскую среду, человек проходит через процесс первичного отчуждения.

Чем стремительнее развивается город – тем сильнее растёт символический разрыв между каждым его жителем. Город моментально становится мишенью для критики и обвинений в упадке, утрате традиций, норм или форм. Фигура горожанина как «кочующего», лишенного иерархии, бесформенного индивида надолго вплелась в литературу и искусство. Впоследствии этот архетип превратился в образ фланера. 

В наши дни эта критика города не потеряла своей актуальности, сформировавшись в одно из направлений урбанизма, стремящегося вернуть этой «массе» порядок и связи. В частности, известный теоретик городской жизни Джейн Джекобс в работе «Смерть и жизнь больших американских городов» описывала необходимость «оживить» улицы. Многие урбанисты и архитекторы сегодня стараются разработать проекты, которые бы вернули людей в своеобразную «общину» (публичные места, библиотеки, устройство парков и улочек), таким образом, чтобы люди сталкивались, взаимодействовали и общались. Сегодня проекты маленьких, «уютных», «очищенных» от машин городов собирают массу поклонников и с разной степенью успешности реализуются на практике. Примерами являются реконструкция Барселоны, перестройка Амстердама, «повторное» открытие пешеходных улиц в Копенгагене, Лондоне, Москве и т.д. [1] 

Во всех этих случаях упускается лишь одно – право на город. Этот, казалось бы, революционный лозунг отражает главную особенность современных крупных городов и мегаполисов – возможность человека не быть частью какого-либо сообщества. Экономическая свобода (пускай лишь иногда декламируемая), социальная и культурная среда мегаполиса позволяет одинокому (без романтической окраски) человеку реализовывать себя без поддержки или привязки к семье, коллективу, общине и т.д. Конечно, не стоит принимать данное право как открытую истину, поскольку сам вопрос о его реализации можно поставить только в культурах с высоким показателем личной свободы (или хотя бы стремящихся в этот перечень войти). Существуют определенные сложности, связанные и с реализацией права на одиночество. Во-первых, в самом культурном коде заключена тенденция образовывать союзы и микросообщества. Во-вторых, как было описано выше, порой городское пространство само сконструировано так, чтобы включить человека в максимально возможное количество связей. С этим нельзя не согласиться, однако ключевая особенность права на город – в свободе выбора.

Одна из работ американского социолога Марка Грановеттера «Сила слабых связей» посвящена исследованию причин высокой социальной мобильности человека внутри города. Одним из выводов, которые делает исследователь, становится тезис о ключевом значении «слабых» (т.е. непостоянных, носящих чисто функциональный характер) связей, которые формируются в поле «множественного выбора», описываемого выше. Для Грановеттера было важно показать, что «сильные» связи (семья, близкие друзья, родственники) могут удерживать человека, ограничивать его в поиске работы, жилья, времяпровождения. В то же время кратковременные знакомства, деловые встречи, социальные сети и т.д. повышают шанс человека на получение более высокой должности или иного развития «капитала». Получая возможность освободиться от сообщества, человек одновременно с этим может сам для себя налаживать необходимые ему «слабые» связи, максимально функциональные и поверхностные. 

Движущая сила мегаполисов – это молодые люди, 20-30 лет, такие, которых принято называть «креативный» класс 1. Главное их отличие в способности быстро оформлять и разрывать «слабые» связи, будучи максимально толерантными (с точки зрения примирения с определенными вещами или явлениями) и мобильными. Пользуясь своим «правом на город», они доводят этот принцип до предела. Право  – уже без локальной привязки. Эдакая глобальная урбанизированная среда. Кем она населена? Людьми без работы. Опять же несколько претензионная форма скрывает под собой уже осуществляемую реальность: всё больше горожан переходит от офисной или фабричной работы к тому, что можно назвать «проектной работой». Как ни парадоксально, но это показывает не упадок нравов городского человека, а наоборот – его постоянную жажду получать знания и обучаться.

Реальность меняется ежедневно, какие-то профессии исчезают, другие становятся актуальными. Уже сейчас есть много людей (а в будущем их станет ещё больше), которые всё время учатся, переквалифицируются, осваивают новые навыки. Новые потребности в мобильности поставят под вопрос целесообразность существования многоквартирных домов в том виде, в котором они реализованы сейчас. Фактически в будущем нас ждут маленькие многоквартирные «республики» [2]. На главной странице проекта коммунального жилья «WeLive»2 рассказывается о совершенно ином формате жизни, гибкости, умении взаимодействовать с другими людьми. Но не на базе твердого сообщества, а именно за счет тех самых «слабых» связей – ты включаешься в среду соседей, с которыми тебя связывают общие темы, а не необходимость делить одну жилплощадь.

Новые потребности в мобильности поставят под вопрос целесообразность существования многоквартирных домов в том виде, в котором они реализованы сейчас. Фактически в будущем нас ждут маленькие многоквартирные «республики».

Подводя итог всему, что было сказано выше, можно выделить несколько следствий. Во-первых, современные растущие мегаполисы «сводят на нет» жизнеспособность всякого рода устойчивой связи. Это не говорит о том, что сообщества умерли. Нет, сообщества внутри города были и будут, однако они возникают столь быстро и в таком многообразии только по причине того, что отвечают необходимым потребностям горожан, а затем также стремительно исчезают. Городскому человеку больше не нужно идентифицировать себя с тем или иным сообществом, в попытке самолокализации. Наоборот, пользуясь правом на город, горожанин освобождает себя от необходимости вообще быть частью чего-либо. Во-вторых, современные мегаполисы «создаются» людьми, находящимися в движении и расположенными двигаться дальше. Поэтому они не фундаментальны, а пронизаны «слабыми» связями.

Во всём этом не стоит видеть негативные последствия необузданности городской жизни. Время, когда бездумные апатичные городские толпы людей противопоставлялись яркому индивиду, осталось в прошлом, поскольку сейчас в городе любая толпа почти полностью состоит из таких ярких и творческих личностей.

Список литературы

  1. Стимулы, парадоксы, провалы. Город глазами экономистов – М.: Strelka Press, 2015.
  2. Горожанин. Что мы знаем о жителе большого города? – Кронгауз М. А., Куренной В. А., Шульман Е. М. и др. М.: Strelka Press, 2017.

Примечания

  1. Термин введенный американским экономистом Ричардом Флоридой.
  2. Подробнее см. здесь: https://www.welive.com